читаю свой жж 3летней давности. Это не я уже.
И все-таки я. И я сегодняшняя прихожу в восторг от некоторых мыслей, от языковых оборотов. Просто вау!
Очень красиво. Особенно красиво про испанку.
Очень вывернуто свое видение секса.
"Запылившиеся воспоминания. 3 дня жары.
Керала. Жара несусветная, конец февраля, + 40, тяжелый рюкзак, хочется есть. Ура, на кауче ответили на счет вписки. Меня подбирает с порта толстый молодой парень на крутом байке. Мы приезжаем в его отель, где у него есть комната для каучсерферов. Иду в душ, черт бы его побрал постучаться, когда я еще не вышла из душа. Пришлось появляться, завернутой в полотенце. Видимо, в тот момент он и подцепился.
Через полчаса мы сели на его байк, чтобы поехать в другой отель друга, где остановились остальные путешественники и знакомые. В этот день мы готовили паэлью.
- Скорость любишь?
- Да. (Хаха, еще бы! Это же мечта детства, гнать на спортивном байке за сотню в час).
Мы летели по индийским улочкам, где никто не соблюдает правила, машины ездят со скоростью 50 км в час, а животные считают, что это дорога специально для них. Мы ехали от 90 до 100, без шлемов и очков, пщщщ, gooo. Из глаз - слезы от ветра, которые тут же срывались потоком назад.
В отеле играла музыка, веяли палки-вонялки, на стенах были развешаны картины богов. Готовила Люсия, женщина из Испании. Я влюбилась в неё, я люблю её, восхищаюсь ей. Люсии лет 50, она работает журналистом. С собой привезла огромную камеру и делала в Индии репортажи по желанию.
Эта женщина – сгусток мощнейшей энергии. Она прекрасно выглядит, упругое тонкое тело, жесткие черные копны кучеряшек, глаза со смешинками, чувство юмора, сила, женственность. Она не просто готовила, она жила. Она пела, танцевала, флиртовала, шутила, играла. В Керале она нашла любовника. Итальянец с характерным акцентом, жестами, горячий мужчина лет 55, похожий на Сальвадора. Не помню, как его звали, но пусть он будет нашим Дали. Они любили друг друга. Они подходили друг другу, они смеялись, 2 огня, живых и танцующих.
Я думаю, он влюбился в неё, а она любила жизнь, каждый момент.
Там были и другие люди, ставшие за эти несколько дней для меня особенными.
Молодой парень Муно, лет 23 – владелец ресторана в отеле хоста. Мальчишка, уже понявший толк в бизнесе, добрый, шустрый, играющий.
И еще один мужчина индус, Кэнон. Традиционно по южноиндийски одетый в ткань, как юбку, вместо штанов, мощный, спокойный, молчаливый.
Это была семья. Настоящая, без бестолковых кровнородственных связей. Королева Люсия, король Дали, дядя Кэнон, принц Муно.
Пока Люсия колдовала над паэльей и разделывала огромных креветок, мы с Кэноном вышли поучиться обмену энергий.
Оп, оп, ловко придумано, я уже в темной комнате, а дверь закрыта на щеколду.
Дыши, дыши. Вдох, выыыыдох. Спасибо, что это было на английском, на русском бы меня разорвал истеричный смех, на англ это звучало немного серьезнее.
Передо мной стоит взрослый полуголый незнакомый мужчина и уверяет, что сейчас я почувствую обмен энергией.
Ну, возможно, я бы это и почувствовала, если бы не другое ощущение банального желания моего тела, скрытого под маской энергетического обмена. Эх.
В общем, все эти штуки после проглоченных мною смешков, удалось свести на нет. Мы просто лежали, и уже честно обнявшись, я гладила его по голове. И тут этот мужчина заплакал. Еще один раненый изнутри, с нелепой историей об ушедшей девушке, которая решила стать монахом. Вот это были уже искренние чувства, настоящее доверие и понимание. Мы возвращались к гостинице за руку, но он отпускал её, когда навстречу шли люди – что будут говорить… он открылся, я его увидела, была очень благодарна этому. Но, как бы спохватившись, и, вспомнив, что мужик плакать и показывать свое истинное не может, он по старой линии в течение последующих дней моего пребывания сексуально давил на меня. В глазах – контакт душой, а в теле и деле «дай-ка я тебя трахну и докажу себе, что еще самец». Это очень ранило меня саму, такой диссонанс, такая ярая гармония. Было тяжело расставаться, то, что он иногда открывал глазами, было очень чисто, хотелось вытянуть это наружу. Он за 3 дня много дров собой наломал: пробудил во мне сексуальное желание, которое приходилось подавлять, и передал боль своей души. Уж, спасибо.
Но это было далеко не одним эмоциональным событием за 3 дня в Керале.
Фа, мой хост, не обладал какой-то душевной стороной. Он по молодости своей сохранил в себе детское любопытство, мальчишество и доброту. Но, думаю, со временем это пройдет. Он катал меня каждый вечер на байке, возил в рестораны и пошло по-детски намекал на дальнейшие сближения. Первый вечер – хихи, прикольно. Второй – что я творю, меня тошнит от этого. Третий – я не хочу никуда ехать, черт возьми, я не буду тебя обнимать сзади на байке. Последнее утро-молчание.
Мы использовали друг друга оба. Я была европейским престижным украшением, развлечением, да к тому же волей-неволей отдавала свое тепло. Он учил меня вести байк, дал почувствовать ветер и скорость в лицо, показал дорогущие индийские рестораны и невообразимые места. Думаю, это был равноценный пошловатый обмен, кто во что горазд.
Но зато, какие ощущения и места я ощутила, согласившись сесть на заднее сиденье.
Мы катались вдоль каналов Кералы. Пальмы, лодки, поля, реки, птицы, деревни, воздух, прохлада, запахи.
Во второй вечер мы приехали в деревню к одному его старому другу. Что-что, а люди, с которыми он меня познакомил, были отменными.
Это был дядечка лет 60, швед, переехавший жить в Индию. Он купил себе домик на берегу океана и подрабатывал каким-то своим нехитрым делом.
Умнейший старик, европеец, знающий около 10 языков. Его домик, в который мы приехали, был сказкой, хижина колдуна.
Первоначально мы пошли на пляж. Только у прибрежных жителей есть выход к океану. Это была бесконечная в дину полоса пляжа, белый песок, свисающие пальмы, и никого. Индийский океан мирно прибивал свои волны к берегу. Рай.
Домик внутри освещался тусклой лампой, на стенах висели его картины, его воображение. Круглый стол, свеча, исписанные бумаги. Книги-книги-книги. Он рассказывал, что страдает в домике от крысок. Однажды они сгрызли его нычку с травкой…
Маленькая кухня и много специй. В котелке он приготовил нам ужин. Они разговаривали об общих знакомых с Фа.
Не слушала. Так же не слушал и индус-сосед, который не понимал английского. Двери у старичка почти всегда открыты, к нему приходят соседи просто так посидеть.
Но и это были не все источники моих эмоций. Семья вокруг, эти отношения 4-х людей. Взаимосвязь, шутки, поддержка друг друга. Любовалась ими. А они решили принять меня в свои объятия. Так я стала принцессой. Только непонятно чьей.
Не принадлежа никому, стала причиной разлада между Фа и Кэноном. Предверием холодной войны.
С Дали мы покидали Кералу в один и тот же день. В последний вечер пришло известие, что его друг, с которым он должен был вместе возвращаться в Италию, погиб по дороге в Кералу под поездом. Мне сверлило в голову это давление от мужчин, новизна на каждом шагу, эта прекрасная и новая семья, а тут еще сверху бабхнуло смертью человека, который должен был приехать живым через несколько часов. Это был эмоциональный взрыв, которым не с кем было поделиться. (спасибо Наташе и скайпу). Я скоро покидаю Индию, я уезжаю из Кералы следующим днем, а тут такое.
Я думаю, всех зашкаливало, но, чтобы не сойти сума, мы вели себя, как всегда.
Как всегда пошли вечером в кафе, сидели и шутили. Лучше всего справлялась Люсия. Смерть ли, ураган – она сама жизнь. Красивая и неутомимая. Она смеялась и делала всё the best. Думаю, так лучше всего вести себя женщине. Это и подкрепляло силы Дали, да и наши тоже.
Последний день меня выжал. Дали уехал, с Фа – холодное молчание. Кэнон – непонятно где, мне нужно было его увидеть перед отъездом и посмотреть туда, в душу. Попрощалась с Люсией и у Муно, стало легче. В последние 15 минут перед отъездом нашла Кэнонна и Фа вместе в отеле. Ух, как же облегчает сердце правильное прощание. Просто в глаза, обнять – и отпустило. Прощай – заживай-забывай.
До свидания, Керала."
